Цитаты и высказывания из книг (692)

Жалость есть сила, скрепляющая живой мир, дарующая ему связность, подобно тому как сила тяжести удерживает на орбитах планеты. Без жалости мир людей рассыплется, как взорвавшаяся звезда.

Истинно правдиво то, что приносит человечеству пользу; по-настоящему ложно то, что идет ему во вред.

Упрощенная и бесконечно повторяемая мысль легче укладывается в народном сознании — то, что объявлено на сегодня правильным, должно сиять ослепительной белизной, то, что признано сегодня неправильным, должно быть тускло-черным, как сажа...

У Истории невероятно медленный пульс: человек измеряет время годами, она — столетиями...

История, этот неразборчивый строитель, всегда скрепляла здание Будущего раствором грязи, крови и лжи — она никогда не была человечной.

— А вы когда-нибудь бывали за границей?
— Я и так знаю, что у них делается. На меня-то буржуазная пропаганда не действует.

История по существу своему аморальна: совесть никак не соотносится с Историей.

Жалость неминуемо губит человека. Муки совести и самобичевание — вот оно, наше национальное бедствие.

Все пережитое не умерло – оно спит.

И хоть чай осмеян теми, кто от природы наделен изрядною бесчувственностью (или же развил в себе сию способность усердными возлияниями), и невосприимчив к действию столь утонченного бодрящего средства, этот божественный напиток является любимейшим в доме каждого мыслителя.

Если человек начинает злоупотреблять убийствами, то скоро и грабеж окажется нипочем — от грабежа он перейдет к пьянству и нарушению дня субботнего; а отсюда — к невежливости и неаккуратности. Стоит вам только вступить на этот скользкий путь — и невозможно представить себе, до чего вы дойдете.

Положение, чрезмерно возвышающее человека над соплеменниками, не слишком-то благоприятствует развитию его душевных свойств.

Все либо меняется, либо гибнет.

Предрекать конец света – дело неблагодарное. Это делали так часто, что подобные пророчества мало кого убеждают.

Грязь на чулках прощают только победителю.

Дикое отвращение к жизни сжимает мне горло.

Я прочел книгу до конца и еще держал ее в руках, и казалось мне, что я в поисках чего-то перелистывал свои мозги, а вовсе не книгу.

Человек проходит, как тень.

Я чувствую свое полное бессилие и неумение противостоять прожорливому мерзкому чудовищу, каким мне видится жизнь.

Каждый вопрос, рождающийся в человеке, получает свой ответ в то мгновение, когда он поставлен его духом.

Ненависть, перерастающая свою цель, обращается против самой же себя!

Это были райские муки.

В известном смысле правы те, кто смеется над чудаком, заявляющим о своих планах переделать человечество. Только им невдомек, что вполне довольно того, что хоть один человек коренным образом пересоздал себя.

Временами вещи имеют над нами большую власть, чем мы над ними; возможно, в таких случаях они даже более живые или лишь притворяются мёртвыми.

Совесть его походила на упрямую лошадь; только по особо торжественным дням ее впрягали в карету.

Неопределенность — единственное зло, с которым невозможно справиться.

Думать — значит страдать.

Радость потрясает нас сразу, а горе становится привычкой, и описывать словами то, что все равно другой никогда не сможет понять, так же нелепо, как объяснять слепому, какие бывают цвета.

Есть ли у человека более ненавистный враг, нежели он сам?

Так же, как арсенал отборного оружия в дни войны, в мирной жизни человеку необходима хорошо подобранная библиотека.