Когда двое говорят "за то, что было", значит, что-то осталось.
Если родился не по ту сторону забора, где тебе требуется, по-моему, ты в праве через него перелезть.
Быть может, он безумец, но в его безумии есть логика. Почти всегда в безумии есть логика. Именно это и сводит человека с ума.
— Где умный человек прячет камешек? — На морском берегу. — А где умный человек прячет лист? — В лесу.
На свете было бы гораздо меньше скандалов и неприятностей, если бы люди не идеализировали грех и не стремились прославиться в роли грешников.
Человек никогда не будет хорошим, пока не поймет, какой он плохой или каким плохим он мог бы стать.
Только тот, кто ничего не смыслит в машинах, попытается ехать без бензина; только тот, кто ничего не смыслит в разуме, попытается размышлять без твердой, неоспоримой основы.
Если ты не прячешься, никто тебя искать не будет.
— Прошу вас, дайте булочку за полпенса и чашку черного кофе. И еще я прошу вашей руки.
Мир наук несравненно туманней и неуловимей, чем мир поэзии; ведь в поэзии и в вере мысли и образы верны себе, тогда как, скажем, сама идея эволюции зыбка, словно тяжкий сон.
Одиночество и паранойя могут быть прекрасным творческим материалом.
Если оставить мой ум без присмотра, он будет без конца вести разговоры с воображаемыми собеседниками. Я то и дело мысленно перед кем-то оправдываюсь, с кем-то пикируюсь, с кем-то объясняюсь или обмениваюсь сплетнями...
Бытие, конечно, абсурдно и несуразно, но если придать ему строй и ритм, получится почти песня. Уж лучше танцевать под нее или хотя бы хлопать в такт, чем позволить хаосу раздавить себя.
«Писать роман — это как вести машину ночью. Ты видишь лишь участок дороги, освещенный фарами. Но это не мешает тебе преодолеть весь путь». Это, пожалуй, один из лучших советов, что я слышала насчет писательства. И жизни в целом.
Перфекционизм рождается из нездоровой веры в то, что если ходить по жизни очень осторожно, все время думая, куда ставить ногу, ты не умрешь. На самом деле, конечно, все равно умрешь. А многие из тех, кто даже не думает, куда идет, добьются в жизни большего, чем ты, да и проживут веселее.
Хочешь знать, как Господь относится к деньгам, — посмотри, кому он их посылает.
Нас всех с детства учат, что надо стать кем-то. Это гонка, в которой не бывает победителей. Конечно, ты можешь стать даже больше кем-то, чем другие, но ведь кто-то всегда может стать больше кем-то, чем ты сам. Так недолго и с ума сойти.
То, что вы называете правдой, — просто ваше личное мнение.
Свобода выбора – не в выборе между пустяками, это должен быть выбор между раем и адом, если вы сможете уловить оттенки каждого в сером мире.
Если у глаз нет дна, они видят больше.
Когда ошибается человек мудрый, то не становится ли его ошибка страшнее ошибки глупца?
Мужчины устроены так, что ими надо управлять, а женщины для этого и рождены.
Тем, кто привык всегда думать за своих детей, очень трудно бывает распознать, когда дети их думают за себя сами. На всякое проявления их собственной воли мы смотрим как на бунт.
Терпение — диета успокоительная, но отнюдь не сытная. Оно — удел покойников, и мы в некотором роде уподобляемся им, когда слишком долго, без передышки сидим на этой диете.
От клятвы, произнесенной вслух, не отступаются, даже если ни одно постороннее ухо ее не слышало.
Когда люди сами не знают, чего хотят, им особенно легко удается сбить с толку и обмануть других.
Шутки были слегка непристойные, но настолько слегка, что было бы непристойностью это заметить.
Воспитание вкуса — дела нескольких поколений.
Когда в доме начинается пожар, с огнём должны бороться все; если мы будем спорить о методах, дом сгорит.
Маятник истории постоянно движется от абсолютизма к демократии и обратно, набирая скорость в революциях и войнах, разрушающих социальные уклады.