— Он не дома даже когда он в доме.
— Видела, что она сделала? Надула губки. Надутые губки — самое сильное оружие французских женщин.
— Я верю в жизнь после смерти: он умер, теперь я живу.
Обожаю людей. Вечно они видят систему там, где ее нет.
Похоже, я уже совсем не тот, что был раньше... Ну и слава богу.
Мы нигде. Вот и всё.
— Что, черт побери, вы делаете?! — Изменяем будущее. Это называется браком.
— Мой дом полон солдат, а я в трусах. — Всю жизнь мечтала сказать такое.
Как всегда: половина мира жиреет, другая половина голодает, но все смотрят телевизор.
Все кончается. И в этом горе. Но еще и начинается вновь, и в этом счастье.
Мы все в конечном итоге — истории. Только пусть это будет хорошая история.
Души состоят из историй. Всё, что с нами когда-либо происходило, люди, которых мы любили, потеряли и нашли снова вопреки всему...
— Мне интересно, что же в конце концов из них получится. Хотя я ничего хорошего не ожидаю.
— Тебе нравится резьба? — Ну... Если только не по телу...
— Я пока не собираюсь заводить детей! — Слишком поздно...
— Почему нельзя просто сказать: это стоит сто золотых монет? Почему надо обязательно найти волшебное яйцо и постричь волосы на заду у великана?
Обещал баклан ставриде, что устроит в лучшем виде.
— Пустячок, а приятно.
— Мне не нравится мысль, что без детей у жизни нет смысла.
Почитание женщин уживается во мне со страхом перед ними и неспособностью их разгадать.
Если бы я выбирала себе привычку, я бы выбрала черничные пироги.
— Может у нас семейные неприятности. Можем мы, например, забыться? — А вы и так уже забылись до полного бесчувствия.
— Привет юным пенсионерам!
— Я подумал, вам понравится, что тут так накурено. Никто не заметит, что вы не накрашены.
— Может, пройдёмся по ресторанам? — Хорошо, но я должна быть в постели к полуночи. — Именно так я и планировал.
— У меня беспорядок. Если бы я знал, что вы придете, попросил бы горничную разложить грязь покрасивее.
— Что вам принести? — Сырный пирог с черешней, чернослив и две шоколадки «Hershey». Да, и еще сладкое на десерт.
— Вы очень сексуальны, даже несмотря на то, что в определенном ракурсе похожи на Бенито Муссолини.
— Она ходит на вечера трансвеститов. Это отвратительно. — Отвратительны войны и бедность, а это всего лишь одна из граней человеческой души.
— Ты говоришь из вежливости или из трусости?