Словно играя в жмурки, мы гоняемся за удовольствием, а когда, поймавши его, мы снимаем повязку с глаз, оно никогда не бывает таким, каким мы его представляли.
Террор не придумал для уравнения общества никаких других средств, как только рубить головы, поднимающиеся над уровнем посредственности.
Настоящим правит минувшее.
Память — единственный рай, из которого нас не могут изгнать.
Худших везде большинство.
Старше всех вещей — Бог, ибо он не рожден. Прекраснее всего — космос, ибо он творение Бога. Больше всего — пространство, ибо оно вмещает все. Быстрее всего — мысль, ибо она бежит без остановки. Мудрее всего — время, ибо оно обнаруживается во всем.
Кто хвастает знанием тайны, тот одну половину ее уже открыл, а другую открыть не замедлит.
Все споры о религии напоминают ссору двух мужчин из-за женщины, которую ни один из них не любит.
Добиться свободы и сохранить ее можно лишь той ценой, какую человечество, как правило, платить не готово.
Дурака, занятого делом, утихомирить сложнее, чем буйно помешанного.
Если бы законы могли говорить вслух, они бы первым делом пожаловались на законников.
Кто бывает умен слишком поздно, бывает смел слишком рано.
Если бы я потерял мир из-за тебя, я не потерял бы тебя ради мира.
Тот, кто не любит свою страну, ничего любить не может.
Я сердцем сед!
Порядок — первый закон небес.
Больше всего гордись тем, что меньше всего тебе обязано.
Идеал — это манера брюзжать.
Многое способно возродиться из того, что уже умерло.
Дорогу к смерти проходят только однажды.
Отрадно предаться безумию там, где это уместно.
Запрещено запрещать!
Зависть умеряет своё бешенство, только вдоволь насладившись своей низостью.
Совет — это всегда исповедь.
Трудно придумывать идеи и легко придумывать фразы; этим объясняется успех философов.
То, что люди не учатся на ошибках истории, — самый главный урок истории.
Цель жизни не в том, чтобы стяжать себе бессмертную славу. Она в том, чтобы превращать каждый день в маленькую вечность.
Нужно уметь быть великим и в малом.
Нужно вменить себе в правило никогда не распространять чужого злословия, пока не проверишь, насколько оно справедливо. Правда, тогда придется навсегда замолчать.
Свободы в этом мире нет; только позолоченные клетки.