Красота, погруженная в печаль, впечатляет более всего.

Пессимизм – это роскошь, которую евреи никогда не могут себе позволить.

Самое грустное в человеке то, что он не вылезает ни на один шаг из болота своих привычек.

Мы все учились понемногу
Чему-нибудь и как-нибудь.

Взрослый человек не может снова стать ребенком, не впадая в детство. Но разве его не радует наивность ребенка и разве сам он не должен стремиться к тому, чтобы на более высокой ступени воспроизвести присущую ребенку правду?