Смерть? Она и наполовину не так ужасна, как жизнь, ложно прожитая.
— Женя, а когда мы уже пойдем на охоту? — Теперь не знаю...
Слыхал я истину, бывало: Хоть лоб широк, да мозгу мало!
Я перекафкал Кафку. Он только вообразил себе человека, превратившегося в насекомое. А теперь смотрите, что удалось сделать мне!
Страдание придает всей жизни мрачный и подозрительный вид.
Иные любят книги, но не любят авторов — и не удивительно: кто любит мед, не всегда любит пчел.