Раньше, когда крупное состояние можно было составить только на войне, война была бизнесом; теперь, когда крупное состояние можно составить, только занимаясь бизнесом, бизнес стал войной.
Мы калечим жизнь своими безумствами и пороками, а потом жалуемся на беды, последовавшие за ними, и говорим, что несчастье заложено в самой природе вещей.
В детство нельзя впасть, это — старческая болезнь. Из детства можно только выпасть. Как из гнезда...
Я с ним разминулся, со своим счастьем. Мы пошли по разным дорогам, и мое счастье, не встретив меня, где-то растерянно бродит в этом мире.
Бывает горе — что косматая медведица. Навалится, рвет, терзает — света невзвидишь... А отвалит — и ничего, вроде можно дышать, жить, действовать. Как не было. А бывает пустячок, оплошность. Мелочь, но за собой мелочь эта такое тянет, что не дай бог никому.
Жить — значит страдать, обмирая ли от счастья или каменея от горя, рыча от наслаждения или рыча от гнева, задыхаясь от нежности или бледнея от боли, но страдать, за себя или за других, ибо жизнь, лишенная страдания, превращается в способ существования белковых тел.
Ведь русский человек и ведать не ведает, что свобода — разрешительный коридор, выстроенный государством. Вот в стенах этого коридора ты — свободен, а как только черту перешел — свисток полицейского, и пожалуйте в участок.
Простейшие решения чрезвычайно редко бывают правильными.
Великая держава не та, что может моим кумачом всю страну завесить, а та, в которой народ достойно живет.
Молодость тратят все: одни — чтобы не считаться дураками, другие — чтобы не остаться в дураках.
— Для нас свобода — не право каждого на пряник, а право каждого на кнут. Врежут мужику пару горячих, а он и рад-радешенек: «Барину тоже врезали!» Вот что значат для нас свобода, равенство и братство.
Невозможно достигнуть благородной цели преступными средствами.
Людям не дано жить чувствами будущих поколений.
Никогда вы господ не заставите беду народную прочувствовать. Кто же сам себя добровольно огорчать станет?
Работа — это когда ради денег вкалываешь, а дело — это не то. Это твое, понимаешь? Твое, кровное, где ты себя на месте чувствуешь.
Из всякой человеческой жизни можно сделать роман, но — из жизни, а не из существования.
Террор весьма упрощает жизнь, почему он и неизбежен при власти дилетантов.
Чиновничье место — самая твердая валюта в России.
Не может быть на Руси повинного чиновника второго, а уж тем паче — первого класса.
Жизнь нужно прибавлять к годам, а не годы к жизни.
Зло не стоит того, чтобы о нем помнить. может быть, именно по этой причине я и встречал в жизни только добрых людей.
Пробуйте, господа, всегда пробуйте, при малейшей возможности – пробуйте!.. Старость наступает только тогда, когда вам уже не хочется ничего пробовать.
Одиночество снаружи куда легче одиночества внутри, если душа твоя научена трудиться.
Россия – страна загадочная. В Англии – законы, в Германии – орднунг, во Франции – галльская дерзость, а у нас – барские капризы...
Не знаю, как там другие народы, а мы, русские, хорошо понимаем друг друга только в беде.
Никогда не ищи любви у сильных мира сего, но требуй уважения, завоеванного тобой.
В толпе, как известно, нулей неизмеримо больше, чем единиц, а нули круглы и соображают только «на троих» и чтоб без наказания.
Никто ничего никогда не знает о следующем часе своей жизни.
Слаб человек: любит показать свою силу.
Многие навсегда обязаны своим духовным наставникам тем, что твердо стоят на коленях.