Раскаяться никогда не поздно, а согрешить можно и не успеть.
Жизнь бьет ключом. По голове.
Благородные люди всё помнят, расчётливые ничего не забывают.
Большевизм и фашизм — это, конечно, борьба двух концов, а не борьба двух начал.
В политической экономии есть два метода: европейский — отложить, и русский — одолжить.
Возраст женщины, которая всех критикует, называется критическим возрастом.
Волосы — как друзья: седеют и редеют.
Если человек слышит голос совести, то у него все вопросы решаются большинством одного голоса.
Лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным.
Люби человечество сколько тебе угодно, но не требуй взаимности.
Неудачники никогда не опаздывают, но всегда приходят не вовремя.
Расстояние увеличивает иллюзию; иллюзия уничтожает расстояние.
Юность довольствуется парадоксами, зрелость — пословицами, старость — афоризмами.
Когда люди долго живут вместе, они становятся похожими друг на друга и мало — на самих себя.
Приличный человек если и совершит подлость, то молча. Зато убежденный подлец без подходящей литературной цитаты никак уж не обойдется.
Застенчивого человека везде затолкают — и в метро, и в Царствии Небесном.
В каждом булыжнике дремлют искры, надо уметь их только высечь.
Бросая утопающему якорь спасения, не старайтесь попасть ему непременно в голову.
В погоне за главным не пропустите второстепенного.
Во время гражданской войны история сводится к нулю, а география — к подворотне.
Вождь выходит из народа, но обратно не возвращается.
Иллюзия, вошедшая в привычку, называется счастьем.
Когда некто тебе противный что-то тебе доказывает, то это и есть доказательство от противного.
Лучше задыхаться от одышки, чем от скуки.
Надеяться надо до последней минуты. Но в последнюю минуту можно и перестать.
На свете очень много хороших людей, но все они страшно заняты.
Пощечина — это отмена рукопожатий, доведённая до логического конца.
Словом можно обидеть, словарём — ушибить.
Сочувствие — это равнодушие в превосходной степени.
Только находясь в большой толпе и понимаешь, что такое безлюдье.