Ничтожна та жизнь, в которой не клокочет великая страсть к расширению своих границ.

— Ты пришла помолиться?
— А Бог существует?
— Нет, конечно. С чего бы вдруг такая мысль?
— Кто-то ведь построил эту церковь.
— Кто-то принял желаемое за действительное.

Извращенное искусство может быть непонятно людям, но хорошее искусство всегда понятно всем.

По-моему, двадцать пять – наиболее трудный и больной возраст и для тебя, и для окружающих. Ты способен соображать, с тобой обращаются как со взрослым. Но бывают встречи, которые сталкивают тебя в отрочество, ибо тебе не хватает опыта, чтобы постичь и усвоить их значение.

Во всяком цивилизованном государстве богатство священно; в демократических государствах священно только оно.