Цитаты и высказывания из книг (141)

Вся моя жизнь — сплошное усилие избегнуть тоскливого однообразия будней.

Ах, сколько зла на свете, и хуже всего, когда злые дела совершает умный человек!

Женщины по своей природе склонны к таинственности и любят окружать себя секретами.

Истинное величие человека заключается в понимании собственной ничтожности. Это подразумевает, что умение сравнивать и оценивать само по себе является доказательством внутреннего благородства.

Я никогда не делаю исключений. Исключения опровергают правило.

Жизнь не старится, это удел людей; и от нас самих зависит, чтобы этого не произошло.

Я с тобой во всем, и когда ты оглядываешься, чтобы бросить взгляд на прошлое, я хочу стоять рядом с тобой и быть с тобой.

Единственное, что имеет все права, — это чувство. Если с него опадут листья, если сломается стебель или оно увянет, не помогут никакие жалобы, и никакие споры, и никакая благонамеренно-жестокая и смягчающая ложь.

Нам столько известно друг о друге, что мы могли бы играть в покер с открытыми картами.

Я иногда спрашиваю себя: какого черта мы так крутимся? Чтобы заработать деньги? Но на кой черт нам деньги, если мы только и делаем, что крутимся?..

Он знал, что миллиарды и миллиарды ничего не знают и ничего не хотят знать, а если и узнают, то поужасаются десять минут и снова вернутся на круги своя.

Никогда не следует забывать, что в нашем эвклидовом мире всякая палка имеет два конца.

Самые разные катаклизмы – будь то глобальная пандемия, или всемирная война, или даже геологическая катастрофа – выплескивают на поверхность одну и ту же накипь: ненависть, звериный эгоизм, жестокость, которая кажется оправданной, но не имеет на самом деле никаких оправданий.

Почему человек не научится жить просто? Откуда-то из бездонных патриархальных глубин все время ползут тщеславие, самолюбие, уязвленная гордость. И почему-то всегда есть что скрывать. И всегда есть чего стесняться.

Они в очках, им виднее.

Человек — душа, обременённая трупом.

Ребенок кротко смотрит на тебя и думает: ты, конечно, взрослый, здоровенный, можешь меня выпороть, однако, как ты был с самого детства дураком, так и остался, и помрешь дураком, но тебе этого мало, ты еще и меня дураком хочешь сделать...

Нужно всегда оставаться в меньшинстве.

— А такой закон есть, чтобы честных людей разорять?
— Будет, я тебе говорю! Я депутат или нет?

Чтобы начать работать, надо хорошенько заскучать, чтобы ничего больше не хотелось.

Любить она умела, как любят сейчас на Земле, — спокойно и без оглядки.

У меня такое чувство, будто ты за эти три месяца стала, по крайней мере, на пять лет старше — так ты изменилась. Ты стала на пять лет красивее. И на десять лет опаснее.

Мне бы еще хотелось быть глупым, лучезарно глупым. В наше время это величайший дар.

После войны он все время думал: какое это счастье — жить. И в сравнении с этим счастьем все казалось ему незначительным.

В наши дни быть богатым – это прямо-таки профессия. И совсем не простая.

И в этой тишине каждое слово приобретало настолько большой вес, что разговаривать непринуждённо стало невозможно.

В моей жизни так много переменилось, что мне казалось, будто везде всё должно стать иным.

А если вечно думать только о грустных вещах, то никто на свете не будет иметь права смеяться...

Может быть, мы так привыкли без конца вкалывать, что даже от какой-то капельки свободы нам и то становится не по себе.

Разве хоть кто-нибудь может знать, не покажется ли ему со временем счастливым тот, кого он сегодня жалеет.