Из свиного уха шелкового кошелька не сошьешь.
Дома больше всего похожи на книги: столько их вокруг, а лишь в некоторые из них заглянешь, и ещё меньше тех, куда зайдёшь в гости или остановишься в них надолго.
Люди часто похваляются самыми преступными страстями, но в зависти, страсти робкой и стыдливой, никто не смеет признаться.
Молодость меняет свои вкусы вследствие горячей крови, а старик сохраняет свои вследствие привычки.
Никогда гордость не лицемерит так искусно, как скрываясь под личиной смирения.
Обладание несколькими пороками мешает нам предаться всецело одному из них.
Страсти — это единственные ораторы, доводы которых всегда убедительны.
Судьба порой так искусно подбирает различные людские проступки, что из них рождаются добродетели.
Счастье и несчастье человека в такой же степени зависит от его нрава, как и от судьбы.
Тайное удовольствие от сознания, что люди видят, до чего мы несчастны, нередко примиряет нас с нашими несчастьями.
Телесная боль есть единственное зло, которое рассудок не может ни ослабить, ни исцелить.
Хороший вкус говорит не столько об уме, сколько о ясности суждений.
Шутка делает возможным удовлетворение похотливого или враждебного инстинкта, несмотря на препятствие на его пути.
Эго — подлинное место тревоги.
Настоящий мазохист всегда подставит щеку там, где у него есть перспектива получить удар.
И смелые философы – непременно дети.
Единственное оружие, достойное человека — завтрашнего человека — это слово.
Природа весьма проста; что этому противоречит, должно быть отвергнуто.
Правда и вера суть две сестры родные, дочери одного всевышнего родителя, никогда в распрю между собой прийти не могут.
Кто достигнет старости, тот почувствует болезни от роскошей, бывших в юности, следовательно, в молодых летах должно от роскошей удаляться.
Совершить великое трудно; но еще труднее приказать великое.
Супружество есть рабство мужчины и отпущение на волю женщины.
Ученый — это человек, который знает достаточно для того, чтобы сознавать то, чего он не знает.
Шулер — человек, который никогда не играет ради собственного удовольствия.
Мечтать — поэтичный способ не думать.
Бежать впереди истории гораздо интереснее, чем описывать её.
Бесплоден именно хороший вкус — для художника нет ничего вреднее хорошего вкуса.
Врагов я забрасываю цветами — в гробу.
Всю жизнь моей навязчивой идеей была боль, которую я писал бессчетно.
Детство тянется к насекомым. Они любопытны, они порождают в душе тягу к насилию над собой и природой. А это уже — стимул к творчеству.