Жизнь есть не только подготовка к завтрашнему дню, но и непосредственная живая радость.

Совершенное всегда мертво, живое всегда несовершенно.

Бывают истории, которые промелькнут и исчезнут, как птицы, но навсегда остаются в памяти у людей, ставших невольными их очевидцами.

— Я требую, чтобы меня судили по нашим, советским, законам!
— А покупал ты её по советским законам? Или, может, по советским законам ты её воровал?

Человек есть нить, протянувшаяся сквозь время, тончайший нерв истории, который можно отщепить и выделить и — по нему определить многое.