Всякая опека, которая продолжается после совершеннолетия, превращается в узурпацию.

Не осталось почти ни одного порядочного великого человека и ни одной части его платья, которые бы не были оклеветаны каким-либо драматиком или романистом.

Наблюдая, как люди принимают решения, приходится поражаться тому, насколько они ошибаются, принимая за свое собственное решение результат подчинения обычаям, условностям, чувству долга или неприкрытому давлению.

Удовольствия любви заставляют забыть о любви к удовольствиям.

Народ, зависящий от воли одного человека, не может сохраниться, да и не заслуживает этого.