Еще одно, последнее сказанье —
И летопись окончена моя.

Ни у одной науки нет столько доводов, как у учения Библии.

Гордыня, сыграв в человеческой комедии подряд все роли и словно бы устав от своих уловок и превращений, вдруг является с открытым лицом, высокомерно сорвав с себя маску.

Высказывая мысли вслух, трудно удержаться от соблазна поговорить с самим собой.

Большинство людей идут в партию по невежеству, а выйти не могут от стыда.