Во фразе «Картины Пикассо — это мазня» о Пикассо не сказано ничего, зато о говорящем — всё.
Ничего нет утомительнее невеселого ума.
Если вы собираетесь сделать что-то неправильное, то хотя бы получите от этого удовольствие.
Я странно читаю, и чтение странно действует на меня. Что-нибудь, давно перечитанное, почитаю вновь и как будто напрягусь новыми силами, вникаю во все, отчетливо понимаю и сам извлекаю умение создавать.
Безмятежность, великолепие, царственность: слова затертые, но остальные тут не годились.
Если скромность составляет характерную особенность исследования, то это скорее признак боязни истины, чем боязни лжи. Скромность — это средство, сковывающее каждый мой шаг вперёд. Она есть предписанный свыше исследованию страх перед выводами, она — предохранительное средство против истины.