Он начал проклинать бесцветность жизни, не понимая, что эту бесцветность носит в себе.

Радость потрясает нас сразу, а горе становится привычкой, и описывать словами то, что все равно другой никогда не сможет понять, так же нелепо, как объяснять слепому, какие бывают цвета.

Есть любовь, которая мешает человеку жить.

— Время не ждёт!
— А кто-нибудь ждёт время?

Приобщись к чужой боли и чужой ограниченности — тогда определишь и меру требовательности, и меру снисходительности.