Ни один врач не знает такого живительного снадобья для усталого тела, для поникшей души, как надежда.

У всякого раба есть своя гордость: он хочет повиноваться лишь величайшему владыке.

Художественное течение побеждает только тогда, когда его берут на вооружение декораторы витрин.

Лила, спаси меня!.. И себя... И мое банджо...

Я не хочу, чтобы меня цитировали. И не цитируйте мою фразу о том, что я не хочу, чтобы меня цитировали.