Сплошь и рядом человек продолжает жить после того, когда он совершенно утратил способность брать от жизни то, в чем мы привыкли видеть ее сущность и смысл.

Чужие драмы всегда невыносимо банальны.

Особенность этой войны была та, что в ней не столько стреляли, сколько сочиняли куплеты. И раны, наносимые ядовитой насмешкой, были если не смертельны, то все же весьма болезненны.

— Что-то мне показалось, будто у меня какое-то странное выражение лица и будто я небрит...

Есть такие разлуки, которые как будто протекают спокойно, но они полны отчаяния.