Когда все остальные права попраны, право на восстание становится бесспорным.
Честь — это внешняя совесть, а совесть — это внутренняя честь.
Мужчины и женщины разговаривают между собой в течение веков, не понимая друг друга, потому что их духовные организмы построены по слишком различным типам, чтобы они могли воспринимать одинаковым образом внешние вещи. Уже одна разница в их логике была бы достаточна для того, чтобы создать между ними непреодолимую пропасть.
Дерево не отнимает своей тени даже у того, кто пришёл срубить его.
Мужество идёт обыкновенно рядом с мягкостью характера, и мужественный человек более других способен на великодушие.
Тот, кто совершает новый шаг, не избавившись полностью от прежней жизни, непременно будет истерзан своим же собственным прошлым.