Для глупца старость – бремя, для невежды – зима, а для человека науки – золотая жатва.

Я бы верил в тебя, Боже, если бы не плакали дети.

Наверное, есть своя особенная прелесть в том, чтоб быть попеременно то жертвой, то палачом.

Выпить чашу до дна.

Человеческая глупость даёт представление о бесконечности.