Никто не забыт и ничто не забыто.

Если мне претит сказать вслух то, что думаю про себя, то исключительно потому, что у меня недостаточно громкий голос.

Нет ничего менее поэтичного, чем человеческое совершенство.

История — не веревка, ее заново не свяжешь, однажды разрубив. Понадобится новая веревка, которую и начнут вить из народа.

Над кем смеётесь? Над собой смеётесь!