Я одеваюсь в черное: ношу траур по себе. Траур по человеку, которым не стал.

Это было величайшее ощущение жизни: не верить, а знать.

Чудно: до революции настоящее у нас определялось прошлым, теперь его определяют будущим, а его надо определять самим собою.

— Ой-ой-ой! Все пропало! Тушеночная невеста нас тут всех разоблачила.
— Не твоего пропитого ума дело. А что насчет замужества, так нужно еще и посмотреть — подходишь ты Гане или нет.

Как прекрасен мир, когда глядишь на него таким образом – так просто, так по-детски, без всяких исканий!