Совесть для него – нечто вроде аппендикса. Отрежьте его и будете чувствовать себя как нельзя лучше.

Я не люблю и не уважаю грусть, хотя люди точно сговорились окружить её особым почетом. Они облачают в неё мудрость, добродетель, совесть. Глупое и дурное украшение.

Если тебя никто не понимает, то никто не может и требовать от тебя ответа.

Привычный, почтительный страх въелся прочно, это понимаешь тогда, когда впервые пытаешься разорвать его многолетние путы.

Государственные дела требуют более смелой морали.