То, что живо — само по себе разумно. Оно становится карикатурой, если ему не дают жить.

Боже мой! Целая минута блаженства! Да разве этого мало хоть бы и на всю жизнь человеческую?..

Как получилось, что ты прожил на земле так много, а понял так мало?

— Чревовещатель, который выступает по радио! Откуда ты знаешь, что он не шевелит губами?

У народа, лишенного общественной свободы, литература — единственная трибуна, с высоты которой он заставляет услышать крик своего возмущения и своей совести.