Если эпоха, в которую живет человек одаренный, убога и ограниченна, то он даже помимо воли тоскует по былому.

Мы, русские, не так оторваны от природы, как европейцы, культура лежит на нас легким слоем, и природе пробиться через этот слой проще и легче.

Перед Штраусом-композитором я снимаю шляпу; перед Штраусом-человеком я надеваю её обратно.

Большинство имеет за собой власть, но не право; меньшинство всегда имеет за собой право.

Всякое насилие над Природой истощает больше, чем злоупотребление наслаждениями.