Ешь ананасы, рябчиков жуй, День твой последний приходит, буржуй.
В тылу война совсем иная. На фронте каждому приходится бояться только за себя; если у кого брат в этой же роте, так и то уж много. А здесь у каждого семья, и стреляют, значит, не только в него: стреляют в одного, а отзывается у всех. Это двойная, тройная и даже десятикратная война.
Смерть, конечно, большое несчастье, но все же не самое большое, если выбирать между ней и бессмертием.
Следующее высказывание — правда. Предыдущее — ложь.
Закрыв глаза, тебя я вижу ясно, Отбросив все, мешающее днем. Передо мною облик твой прекрасный Горит во сне невидимым огнем.
Одиночество и покой он ощущал физически, так же, как мягкость кресла, как ветерок из окна, дышавший в щеку.