Что нам весь мир, если мы будем принадлежать друг другу?

Если я похож на любого другого, если у меня нет мыслей и чувств, которые отличали бы меня от других, если в привычках, в одежде, в мыслях я следую общепринятому образцу, — я в безопасности; я спасен от ужасающего переживания одиночества. Диктатура добивается этого подчинения угрозами и террором, демократия — внушением и пропагандой.

Правда — это значит победа совести в человеке.

Когда хамелеон у власти, цвета меняет окружение.

Мы – дети одних и тех же воспоминаний и жертвы одной и той же старости.