Движение за женскую эмансипацию кое-чего недопонимает. Дискриминированы как раз мужчины — они ведь не могут рожать детей.

Есть старая шутка, будто бы Бог в начале сказал избранному народу все-все, но ничего не объяснил, так что теперь мы все знаем, но ничегошеньки-то не понимаем.

Человеческая жизнь – это гигантское утверждение свободы, послушание же законам, если на нём настаивают слишком рьяно, превращает нас в простые объекты в обществе, политике или религии.

Юмор — это след, который оставляет, отползая от бездны, человек, который в неё заглянул.

Таково человеческое сердце: зарождающейся любви необходимы опасности и препятствия, а угасшая любовь разгорается с новой силой, когда разбудить ее в сердце другого уже не в нашей воле.