Всю жизнь свою рассматриваю как бой в три раунда: молодость, зрелость, старость. Два из этих раундов надо выиграть.

Нередко то, что мы принимаем за безысходность, — на деле оказывается жаждой надежды.

Любить иных — тяжёлый крест,
А ты прекрасна без извилин,
И прелести твоей секрет
Разгадке жизни равносилен.

Лучшим другом человека должен быть человек.

Многие поступки кажутся нам неблаговидными, даже отвратительными, просто из-за того, что мы недостаточно хорошо знаем обусловившие их мотивы.