Я ничто. И ничем не хочу быть. Но зато я вобрал в себя все грезы этого мира.
Где дело пошатнулось, там друзья за дверь.
Знание человеческой природы есть начало и конец политического образования.
Женская память похожа на старинные столики для рукоделия. В них есть потайные ящички; есть и такие, что слишком долго оставались на замке и теперь не открываются; там хранятся засушенные цветы, превратившиеся в розовую пыль, запутанные клубки, иногда булавки.
Пять дней — это очень много, если на этот срок тебя лишают доступа в рай.
Живопись – это сон, который видит литература.