Единственный смертный грех — сдаваться.

Разве в жизни всякого из нас не встречаются коротенькие главы, кажущиеся сущим пустяком, но воздействующие на весь дальнейший ход событий?

Нельзя подготовиться к внезапному удару — он просто настигает нас из ниоткуда. И, внезапно, жизнь, к которой мы привыкли, заканчивается. Навсегда.

В нас дышит и, упорствуя, живет
укрытая в печаль и мешковатость,
готовая в отчаянный полет
застенчивая тайная крылатость.

Я ненавижу одиночество, но слишком большая близость меня страшит.