В зеркальные окна двусветного зала, топорща ветки деревьев, как жесткую щетину солдатских усов, заглядывала с ледяной ухмылкой синяя морда осенней ночи.

Подчините себе ваши страсти, и их сила станет вашей силой, их величие — вашей красотой.

Любая идеология похожа на старый гриб. Его срезаешь, а внутри он трухлявый.

Никто не может оставаться счастливым, как только у него возникает желание стать еще счастливее.

Перед Штраусом-композитором я снимаю шляпу; перед Штраусом-человеком я надеваю её обратно.