Теряю былую лёгкость.
Я ещё не выпил утренний кофе, поэтому не могу придумать, как бы покрасивее сказать «плевать я хотел». Хотя и так нормально получилось.
Дон Жуан менял только подлежащее, но оставался верен сказуемому.
Некий циник француз сказал, что в любовных делах всегда есть две стороны: одна любит, а другая позволяет, чтобы ее любили.
Выдающиеся достижения совершали только те люди, которые верили, что что-то внутри них выше обстоятельств.
Мы поцеловались. «В первый же вечер! – лениво осудила я себя. – Едва знакомы!» Но думать об этом было скучно, а целоваться приятно.