Капитализм, с тех пор как его брат социализм объявлен мёртвым, страдает манией величия.

Всякий порок лишь усугубляется от попыток скрыть его под личиной добродетели.

Если единственным мотивом наших действий является желание показать свою свободу, значит, мы никак не можем освободиться от уз необходимости.

У всякого языка свое молчание.

Нико, послушай меня. На той неделе я ночевала в старой квартире. Первый раз. Кто-то ходил. Там, наверху. И я плакала. Как в тот день, в такси. Как и сейчас могла бы, только не буду. Хочется плакать от одного того, что мы называем друг друга по имени.