Но разве можно не любить тех мест, которые заставляли нас страдать?
Иногда человек бывает старше своей наружности.
Человеческое воображение было бы куда более приятным даром природы, если бы человек сам мог определять, когда включать его, а когда отключать.
Страх — самосознание, поднятое на более высокий уровень.
Вещи остаются, мы исчезаем. Таков печальный итог.