Поэзия заставляет смотреть на вещи, которые мы не привыкли замечать.

Мы отмаливаем грехи и пороки, предоставляя решать Всевышнему, что может значить и то, и другое.

Мы ее написали в семь с половиной дней, потратив, таким образом, на полтора дня больше, чем на сотворение мира. Несмотря на это, она вышла еще хуже, чем мир.

В сумасбродстве есть надежда, в заурядности — никакой.

В наш век правят личности, а не идеи.