В крайности всегда есть доля безобразия.

Оптимизм — это трусость.

Чтобы понимать друг друга, много слов не надо. Много надо — чтобы не понимать.

Мы просто встретились однажды у реки — и всё. Мы чужие. Мы ничего друг другу не обещали. Мы никогда... Боже! Да какие же мы чужие?! Он был мой!

Я люблю младенцев и маленьких детей, пока они еще не выросли, и не стали думать, как взрослые, и не научились, как взрослые, лгать, и обманывать, и подличать.