Человеку в горе всегда утешительно видеть на столе что-нибудь вкусненькое.

Ребенка окрестили; при чем он заплакал и сделал такую гримасу, как будто бы предчувствовал, что будет титулярный советник.

Когда вляпаешься в дерьмо, не думаешь, что сделал выбор.

Масса и чернь потомства всегда останется такой же извращенной и тупой, как всегда была и всегда есть масса и чернь современности.

Благородное дело не должно вызывать шума. Иначе появятся всякие подозрительные стимулы.