Было бы неплохо, если бы люди, которые накладывают на себя руки, не предупредив вас об этом, поняли бы раз и навсегда, что они не оставляют по себе ни сожаления — подлинного сожаления — ни угрызений совести. Это именно они слетели с катушек, вот и всё. Остаётся ощущение спектакля, или даже попытки спектакля, обречённого на провал.

Надо запастись либо умом, чтобы понимать, либо веревкой, чтобы повеситься.

Люди просто-напросто боятся необъяснимых тайн: ум нуждается в успокоительных гипотезах, пусть даже самых нелепых.

Еще не родилась женщина, у которой гордость была бы сильнее любопытства.

Если бы ты молчал, то и остался бы философом.