Оскар Уайльд (7)

— Уверен, у неё есть прошлое.
— Как и у большинства красивых женщин.

Знаете ли вы, как велико женское любопытство? Оно почти не уступает мужскому.

Мне нравится говорить ни о чём — это единственное, в чём я разбираюсь.

Женщины все либо ловят мужей, либо прячутся от них.

Жизнь никогда не бывает справедливой, Роберт. И, пожалуй, так оно и лучше для большинства из нас.

— Нельзя судить человека только по его прошлому.
— Наше прошлое — это мы сами. Как еще судить о людях, если не по их прошлому?

Никакие обстоятельства не могут быть сильнее нравственного закона.

Оптимизм — это улыбка до ушей, а пессимизм — синие очки. К тому же, и то и другое — только поза.

Лучший способ воспитать хороших детей — сделать их счастливыми.

Сопереживать страданиям друга может всякий, а вот успехам — лишь натура необычайно тонкая.

В каждом человеке есть два начала: стремление к богу и стремление к сатане.

Журналистика — это организованное злословие.

Каждый, кто живет по средствам, страдает от недостатка воображения.

Спектакль прошел на «ура», а вот публика провалилась...

Лучшее, что можно сделать с хорошим советом, это пропустить его мимо ушей. Он никогда не бывает полезен никому, кроме того, кто его дал.

Только пустые люди знают себя.

Глаза любящего — вот единственно надёжное зеркало.

Во всех пустяковых делах важен стиль, а не искренность. Во всех серьезных делах — тоже.

Лондонские туманы не существовали, пока их не открыло искусство.

Настоящий друг зарежет тебя спереди.

Общество испытывает поистине ненасытное любопытство ко всему, любопытства не заслуживающему.

Материнство — факт. Отцовство — мнение.

Гармония духа и тела — как это прекрасно! В безумии своем мы разлучили их, мы изобрели вульгарный реализм и пустой идеализм.

Лучше было бы, если бы всякое прегрешение влекло за собой верное и скорое наказание. В каре – очищение. Не «Прости нам грехи наши», а «Покарай нас за беззакония наши» – вот какой должна быть молитва человека справедливейшему богу.

Я сегодня устал от себя и рад бы превратиться в кого-нибудь другого.

Умеренность — это всё равно что обыкновенный скучный обед, а неумеренность — праздничный пир.

Вы всегда будете относиться ко мне с любовью. В ваших глазах я воплощение всех тех грехов, которые у вас не хватает смелости совершить.

Культурный человек никогда не раскаивается в том, что предавался наслаждениям, а человек некультурный не знает, что такое наслаждение.

Я на стороне троянцев. Они сражались за женщину!

Страсти либо убивают, либо умирают сами. Мелкие горести и неглубокая любовь живучи. Великая любовь и великое горе гибнут от избытка своей силы.