Кто не может отказать себе ни в одном удовольствии, никогда не узнает счастья.
Не жалуйся, что твои мечты не сбылись; заслуживает жалости лишь тот, кто никогда не мечтал.
Некоторые считают, что у них доброе сердце, хотя на самом деле у них лишь слабые нервы.
Нельзя помочь всем, говорит бессердечный, и не помогает никому.
Неразговорчивые всегда импонируют. Трудно поверить, что человеку нечего скрывать, кроме своего ничтожества.
Ничто не делает нас такими трусливыми и бессовестными, как желание быть любимыми другими людьми.
От врачей и учителей требуют чуда, а если чудо свершится, никто не удивляется.
Очень часто мы требуем добродетелей от других лишь для того, чтобы они не мешали нам быть порочными.
Порицание не мешает выслушать и от первого встречного; хвалу же от человека хорошо выслушать, только присмотревшись к нему поближе.
Родители всего неохотнее прощают детям изъяны, которые привили им сами.
Серость не может воспламениться, но может раскалиться до фанатизма.
Сколько живешь, столько и учишься, а напоследок учишься еще и умирать.
Следовало бы рассуждать не о том, как быть счастливым, а о том, как чувствовать себя счастливым.
Сломанные часы дважды в сутки показывают верное время и по прошествии нескольких лет могут похвастаться длинным рядом успехов.
Таланту только в счастливые минуты удается составить из точек линию, которую гений проводит одним росчерком пера.
Тот, кого привели к цели, не имеет права считать, что он достиг её.
Тот, кто может изящно объяснить людям то, что они и без того знают, быстрее других завоевывает репутацию умного.
Тот, кто слишком легко признается в ошибках, редко способен исправиться.
Богатству иных людей не стоит завидовать: они приобрели его такой ценой, которая нам не по карману, — они пожертвовали ради него покоем, здоровьем, честью, совестью. Это слишком дорого — сделка принесла бы нам лишь убыток.
Жизнь — трагедия для того, кто чувствует, и комедия для того, кто мыслит.
Кратчайший и вернейший способ составить себе состояние — это дать людям понять, что им выгодно делать вам добро.
Кто умеет внушить, что он не очень хитер, тот уже далеко не прост.
Самыми любезными людьми бывают те, которые всего меньше оскорбляют чужое самолюбие.
Часто пешки, которыми умно распоряжаются, проходят в ферзи и решают исход партии; выигрывает её самый ловкий или самый удачливый.
В молодом человеке, как в птице, борются два инстинкта: один велит жить в стае, другой – уединиться с самочкой. Однако тяга к товариществу долгое время пересиливает.
Единственное достоинство диктатуры: не нужно часами сидеть у приемника, чтобы узнать результаты выборов.
Наша жизнь измеряется усилиями, которых она стоила нам.
Мы тем лучше постигаем другого человека, чем меньше у нас шансов обладать им. Ничто не ускользнёт от нас в женщине, которая никогда не будет нашей, ибо у нас только одна возможность обладать ею — познавая её. Мы не спускаем с неё глаз с той же пылкостью, с какой сжимали бы её в объятиях.
Почему все массовые убийства совершаются во имя гуманных целей?
С возрастом все воспринимается спокойнее, чем в молодости, за исключением факта, что приходится стареть.