Хорошо стреляет тот, кто стреляет последним.
Париж для влюбленных. Может, поэтому я и провел там всего 35 минут.
Вот что нужно сделать в первый день в Париже: должен идти дождь — не дождичек, а самый настоящий сильный дождь. Найди себе милую спутницу и прокати её на такси по Булонскому лесу. Дождь очень важен. Во время дождя Париж пахнет лучше всего. Это запах влажных каштанов.
— Я думаю, что если бы кому-нибудь из нас удалось честно написать хотя бы тысячную долю того, что мы видели на нашем веку, это была бы великая книга.
— А откуда вы знаете, куда мне надо? — Куда бы вы ни ехали, нам неизбежно по пути.
— Что это? — Это крэм, для выражения лица.
Давай никогда больше сюда не приезжать, потому что здесь уже никогда не будет так весело.
— Да уж, мечта домовладельца — парализованный жилец без языка. — К тому же исправно платящий за жилье.
— Ты у нас мастер работать языком. — Что, моя жена поделилась?
Я никогда не был исключением. Исключение — то, что я делаю.
Вчера я дошла до ручки. Я стала женщиной, которая даже мне не нравится.
Когда я думаю о своей жене, я всегда думаю о ее голове. Я представляю, как вскрываю ее очаровательный череп, достаю мозги и пытаюсь найти ответы. Ответы на основные вопросы любого брака: О чем ты думаешь? Что ты чувствуешь? Что мы сделали друг с другом?
— Принцесса, примите соответствующее выражение лица! Сейчас нам представят последнего соискателя на вашу руку.
— Я из-за тебя ушла со сцены! — Лучше из-за меня, чем из-за критиков.
— Дорогой, стыдно делаешь. Зачем девушку не уважаешь? — А тебя, Гардероб Иванович, не спрашивают.
— Уволен! — Есть выход... — Вот через него и выйдешь!
Что-то на душе как-то исключительно гнусно.
— Если ты нормальный, то ты живёшь какой-то неестественной жизнью. — А я вообще не живу жизнью. Жить жизнью грустно: работа — дом — работа — могила. Я живу в заповедном мире моих снов. А жизнь — что жизнь? Практически, жизнь — это только окошко, в которое я время от времени выглядываю.
— Ты как себя чувствуешь? — Примерно так же, как ты выглядишь.
— Заткнись, мать твою, и дай мне умереть спокойно.
— Ты гоняешься за мухой, но при этом считаешь, что я идиот?
Некоторые лингвисты-антропологи считают, что религия – это языковой вирус, который переписывает нервные окончания в мозгу, притупляет критическое мышление.
Каждый труп при жизни был уверен, что он нечто большее, чем кучка потребностей.
— Ударьте ее еще раз. Она почти мертва! — Она достаточно мертва!
Единственный способ выжить для тебя — это делать то, что ты считаешь правильным, а не то, что они пытаются заставлять тебя делать. Если ты позволишь им сделать это, ты будешь несчастен и ничего больше.
— Нет, Тони, ты не можешь отыметь будущее. Это оно может отыметь тебя. Догоняет и имеет, если ты его не спланировал.
Живите в сказке, не дружите с ложью, А будьте только с правдою дружны. Чем больше жизнь на сказку не похожа, Тем больше, значит, сказки ей нужны.
Дурных путей нет, есть дурные встречи.
Мужчины на меня действуют как красивые наряды в витринах — всё время хочется примерить.
— Так больше нельзя. — Что нельзя? — Жить врозь...