Храбрость — это когда только вы знаете, как вы боитесь.
Верность труса иль глупца — не опора господину.
Неподобающая честь горше обиды.
Нет особой заслуги в том, чтобы тратить время на самостоятельные поиски того, что уже кто-то открыл.
Осознание пределов собственного знания укрепляет человека в его мудрости.
Мудрость начинается с признания собственного невежества.
Во всяком искусстве произведение рождает мысль, а не наоборот.
Глупец, который случайно говорит правду, всё равно ошибается.
Всякое искусство — как зеркало, в котором человек познаёт и признаёт что-то о себе, чего не знал раньше.
Не стоит труда верить в то, во что нетрудно поверить.
Смерть — это болезнь воображения.
Любящий ближе к божеству, чем любимый, ибо из этих двоих только в нем живет бог.
Трагедия и комедия сделаны из одного теста и достаточно слегка изменить освещение, чтобы из первой получилась вторая и наоборот.
Обиды должны быть нанесены преднамеренно, иначе это не обиды.
Ждать — значит обгонять, значит чувствовать время и настоящее не как дар, а как препятствие.
Ни одного сколько-нибудь связного суждения, ни одной отвлечённой мысли человек не выскажет без того, чтобы не выдать себя с головой, бессознательно не вложить в них всё своё «я», не передать символически лейтмотив и исконную проблему всей своей жизни.
Время — не такое, как на вокзальных часах, где большая стрелка рывком отмечает сразу протекшие пять минут, а скорее такое, как на крошечных часиках, когда движение стрелки остаётся неуловимым, или такое, когда незримо для глаз растёт трава, хотя втайне она все же вырастает, и в один прекрасный день это становится совершенно очевидным.
О смерти ни один человек, если бы он ожил, ничего не смог бы толком рассказать, ведь смерть не переживают. Мы приходим из тьмы и уходим во тьму, между этим лежат переживания, но начало и конец, рождение и смерть нами не переживаются, они лишены субъективного характера, как события, они целиком относятся к сфере объективного.
Всякая страна обязана своим неповторимым обликом народу.
Страх может убить преступление, но он также убивает добродетель.
В России все под секретом, но нет никаких тайн.
Для того, чтобы народы могли развиваться, расти, покрываться славой и успешно мыслить и работать — в основе их жизни должна лежать идея прогресса.
Народ без законов подобен человеку без принципов.
Счастье сильному человеку ещё нужнее, чем слабому, ибо сильный идёт дольше и дальше.
Когда народу затыкают рот, тот становится мыслителем.
Трудности переходного периода: прежняя правда уже обернулась ложью, а новая ложь еще не стала правдой.
Надежда обречена на одиночество, поскольку умирает последней.
Нет большего неудачника, нежели тот, кто никогда не страдал.
Пессимист — это человек, лучшие годы которого, проходят в ожидании худших времен.
Оптимизм бывает фальшивым, пессимизм — никогда.