Для любви не существует вчера, любовь не думает о завтра. Она жадно тянется к нынешнему дню, но этот день нужен ей весь, неограниченный, неомраченный.

Я ожидаю свою смерть с крайним любопытством. Надо уметь подчиняться неизбежному.

Нокдаун в жизни может быть случайностью, но подъем с пола и движение вперед — это уже сознательный выбор.

Полоса невезений оказывается куда шире, чем я мог себе представить.

И вот я тронулся в путь к тусклой окраине сна, к узилищу буден; словно Адам, изгнанный из кущ небесных... с той разницей, что я не верил в Бога, а значит, никто не мог запретить мне вернуться в Эдем.