Зерно всякой жизненной перемены трудно постигнуть, ибо оно глубоко коренится в самом человеке.
Аристократия гордится тем, что женщины считают обидным, — старостью; но и женщины и аристократия питают одну и ту же иллюзию — сохраниться.
Чем меньше аргументов, тем больше аргументации.
Ему досталось от дяди весьма приличное наследство, которое он прожил в кредит прежде, нежели получил его, и дважды промотал после того, как вступил во владение им.
О самом удивительном не говорят; глубокие воспоминания не порождают эпитафий.
Наилучшая конституция для народа есть та, к которой он привык.