Главным моим наслаждением и единственным занятием в течение всей жизни была научная работа, и возбуждение, вызываемое ею, позволяет мне на время забывать или совсем устраняет моё постоянное дурное самочувствие.

В приходящей нам на смену молодёжи нет ни капли сострадания. Они не любят людей. Нет, любят, конечно, но только родных, близких; но людей вообще, людей, как идею, как понятие — нет. У них нет привязанности ни к кому, кроме самих себя, а сострадать человеческой расе, не питая к ней родственных чувств, невозможно.

Имей мир хороший сюжет, он был бы куда более приятным местом.

Люблю парламент и люблю я пренья,
Но не люблю я преть до одуренья.

Жалость есть сила, скрепляющая живой мир, дарующая ему связность, подобно тому как сила тяжести удерживает на орбитах планеты. Без жалости мир людей рассыплется, как взорвавшаяся звезда.