Человек — деспот от природы и любит быть мучителем.
У искусства случаются приступы целомудрия. Оно не может назвать вещи своими именами.
Я действую не часами, а минутами.
Нет ничего хуже, чем великолепное начало.
А я повторяю вновь и вновь - Не умирай, любовь!
Иногда сатире приходится восстанавливать то, что разрушил пафос.