— Может быть он вообще не волк? — Раскусили, я — пудель. Правда, давно не стригся.
Мы во всем и почти всегда бываем жертвами нашего воображения: оно торопится закрыть своим пестрым покрывалом малейший луч истины.
Мы живем для того, чтобы делать людям добро. Я-то точно живу только для этого! А другие люди, интересно, для чего они живут?
Коль выгонят в окно, так я влечу в другое.
Наша жизнь, в сущности, кукольное представление. Нужно лишь держать нити в своих руках, не спутывать их, двигать ими по своей воле и самому решать, когда идти, а когда стоять, и не позволять дергать за них другим.
Женские и мужские возможности примерно равны. Лишь в туалетной комнате положение различается.