Сколько бы ни было форм государственного правления, в науках всегда была и будет только одна — форма свободы.

— Вы имеете весь мир. Каковы ваши ощущения?
— А каковы ваши ощущения что вас поимели?

Когда я не пишу, я чувствую только усталость, печаль и тяжесть на душе; когда пишу, меня терзает беспокойство и страх.

Я не умею любить прошлое ради его «погибшей прелести». Всякая погибшая прелесть внушает мне сомнения: а что, если погибшая она в сто раз лучше, чем непогибшая? Мертвое никогда не может быть лучше живого.

Знаешь ведь, какие они, мужчины, — орут, командуют, дерутся, а мы их за нос водим.