Угождать во имя добродетели прекрасно во всех случаях.

Гордыня и жажда суетной славы и власти — вот та ядовитая змея, которая, раз проникнув в вельможные сердца, внедряется в них до тех пор, пока разобщением и рознью не сокрушит всего, что есть: ибо каждый стремится быть сначала вторым после первого, потом равным первому и наконец — главным и выше первого.

Память, будучи штучкой чересчур чувствительной, обижается, когда её ловят на изменах, а потому всегда старается заполнить бреши и пустоты порождениями собственной реальности.

Человек охотно верит тому, чему ему хочется верить.

Я истощил свой дар в желаньях бесполезных,
Шум жизни для меня как звон цепей железных.